RSS
 

Posts Tagged ‘moro2500’

Ангел встречный

02 Янв

ангел

Сквозняк по комнате гуляет – ты где-то есть, но пустота..
Я болен и сную невольно под шум вильнувшего хвоста
в стихах дурацких - слезы-реки… Не сдержан, медленный удав
ползет по коже… Все негоже, а ты присутствуешь всегда.
И водка в чреве, стих в камине.. И дочка рядом далека –
я дед безвнучный в паутине – беседую с собой слегка…
Слетаю в омут, как катушка, живу безбожно всем на зло,
Ты в километрах этих чуждых - в телеге пятым колесом.
А мне не двадцать, мне не тридцать, не сорок.. лучше замолчу,
вгляжусь тихонько медным принцем под юбки сладкую парчу…
Отдамся мелям добровольно – а ты скользишь себе по льду,
а я люблю… А я нескромно снижаю планку на мосту –
тащу в свой ад твой рай беспечный, твой милый носик и трусы…
Забей на все, мой ангел встречный, и все с собою принеси…
Сквозняк по комнате гуляет – ты где-то есть, но пустота..
Я болен и сную невольно под шум вильнувшего хвоста
в стихах дурацких - слезы-реки… Не сдержан, медленный удав
ползет по коже… Все негоже, а ты присутствуешь всегда.
И водка в чреве, стих в камине.. И дочка рядом далека –
я дед безвнучный в паутине – беседую с собой слегка…
Слетаю в омут, как катушка, живу безбожно всем на зло,
Ты в километрах этих чуждых - в телеге пятым колесом.
А мне не двадцать, мне не тридцать, не сорок.. лучше замолчу,
вгляжусь тихонько медным принцем под юбки сладкую парчу…
Отдамся мелям добровольно – а ты скользишь себе по льду,
а я люблю… А я нескромно снижаю планку на мосту –
тащу в свой ад твой рай беспечный, твой милый носик и трусы…
Забей на все, мой ангел встречный, и все с собою принеси…

01.01.2018 moro2500
 

И теперь сказал

20 Окт

Я сказал
и подумал – поздно, не отмашешься от грехов…
Вяли пошлые в вазе розы, не подаренные вчера.
Стало жарко, но люди мерзли – то ли был я совсем бухой,
то ли свет от дурного солнца я у всех для себя украл.
Мне казалось, что воздух липкий, что сейчас я к чертям умру -
что жара разрывает горло, давит ложечку все сильней..
Мне бы выпить дождя с-под крана, отдышаться бы на ветру,
охладить от удуший раны, и покрепче припасть к земле.
Я почти пожалел, да поздно – знать совсем не осталось сил:
может лучше пожить раздельно, глядя в медленные глаза –
с первоклассной кривой улыбкой подошел себе и спросил.
Видел это, как в блюдцах чая.
Видел.
Знал.
И теперь сказал...

июль 2016

 

январь. читала роман

08 Мар

зимы не по делу больные локоны
опали к плечам, запылились серостью…
шныряет январь, суетясь под окнами,
забыв, как по трассам поземка стелется.
***
читаешь роман о законах времени,
используя вид из окна балконного –
а ноги увязли в железном стремени
ленивой кобылы из царства сонного.

не знаешь, что там - за углом, за городом -
дорог изворотливых бьются демоны
и стоит взглянуть против ветра в сторону,
роман заиграет иными темами…
***
январь поперхнулся ее вниманием.
напрягся, растекся в своей безбрежности -
и грянул на землю, и стал заманивать,
шалить кутерьмою и вьюгой снежною…

февраль 2016

 

Так хочу…

17 Окт

Так хочу тебя. Целовать, зажимать… всю вылизать…
Чтобы память не стерлась быстро, остался след.
И чтоб ты разлетелась на образы – в штук четыреста,
Рисовала узоры болючие по спине

Не подам даже виду. Схвачу твое тело голое -
Искусаю всю шею, и в ухо вопьюсь в ответ…
Чтобы, падая в бездну, кружились безумно головы,
И сломался диван, и померк в одночасье свет

Так хочу. Оказавшись в тебе, провалиться полностью,
Разметать все реальное, скинув запреты прочь -
Сохранить в своей памяти запах и милый голос твой,
Нежный крик твой, пронзающий насквозь ночь…

Октябрь 2015

 

Выбор

10 Окт

Прости меня, мама, я сделал свой выбор...

Не выбросил мысли, сраженные блажью -
мыслишки дурные - как битую рыбу
швыряют за борт с переполненной баржи.

Родился я в рваной рубахе, что прятал
всю жизнь от прожорливых бесовых взглядов.
Да так и прожил среди драм и проклятий -
а ты за спиною… А ты была рядом -
я знаю… Прости, что чурался... и, вроде,
не чуял касания рук.. притворялся,
шатаясь меж мрачными снами двух родин,
не видел глазами белёсыми счастья…

И что же? Я лил в себя адское зелье,
ломал себе пальцы, за ними и копья
в бессмысленных спорах. Сажался на мели.
Смеялся и плакал… Скажи мне, как мог я -

теперь, повернувшись на голую землю,
глядеть на руинные стены.. На глыбы,
возникшие в памяти... Что ж я наделал?!

Прости меня, мама, но это мой выбор…

май 2012

 

Убиенец. Она будет жить долго

18 Июл

Он любил ее на расстоянии,
трогал рукой фотографии ранние
журналов упругих да глянцевых…
Слушал по радио новости,
сочинял стишата, глупые повести…
Ревновал ко всеобщей доступности.
Пальцами
гладил район промежности.
Замыкался в приступах нежности…
Плакал, синхронно с толчками семени.
Потом бушевал горестно -
рвал газеты, куда-то звонил,
бессовестно
слал проклятия, бился теменем…

А когда хоронили - публично вторили
о больном убиенце в ее истории.
Он не плакал, сжигал лишь остатки памяти,
облегченно вздыхая, с улыбкой.
Радуясь,
что утихла ревность, и что наградою –
следопытом назначен мужчина
грамотный…………………

7.07.2012

типа прозаического финала.

Валера дождался пока схлынут потоки фанатов, и кладбище опустеет. Лишь теперь он подошел к могиле, заваленной сотнями живых цветов и положил свои. Кривая ухмылка скользнула по лицу. Он оглянулся по сторонам, сел на корточки, и лишь после этого достал из кожаного портфеля цветной глянцевый журнал. На обложке красовалось светящееся лицо восходящей поп-дивы Клавдии. Она ослепительно улыбалась, зажимая в руках какой-то идиотский фетиш – награду за невьебенные достижения в музыкальной культуре.
Валера придвинул обложку к фотографии захороненной и сдавлено засмеялся. Смех скорее напоминал хлюпанье. Потом аккуратно вернул журнал в портфель и произнес шепотом:

- Вот и всё, моя маленькая шалунья… вот и всё! Но ты не волнуйся… тебя не забудут – гляди сколько цветов! Они все любили тебя – а зря… Только я мог любить тебя так, как ты этого заслуживала. Только я, понимаешь, сука… - последние слова он громко отчеканил, разбросав слюни и поднялся на ноги. Но тут же осекся – в кармане завибрировал мобильный телефон. Валера послал воздушный поцелуй и двинулся по натоптанной тропинке, поднося телефон к уху.

- Слушаю, товарищ полковник.. да.. так точно, работаем. Есть кое-какие зацепки… Конечно, о каждом шаге докладывать лично вам. Я понял... да… так точно…

Валера удовлетворенно зажмурил глаза, когда телефон возвращался в карман серого пальто. Теперь он резко остановился, развернулся на каблуках и двинулся обратно к могиле. Мерзкая ухмылка приблизилась вплотную к изображению молодой женщины, высеченному в мраморной плите. Он прошептал:

- Я уверен, что Клавдия оценит мою любовь, и поймет… Любовь тысяч идиотов ничто, в сравнении с настоящими чувствами.
И она будет жить долго…

****************************************************************************************************************

 

Ливерная трагедия /письмо/

31 Мар


Уважаемый мой, замечательный виртуальный друг, Захаров!
Пишу тебе сие вынужденно-болезненное письмо, заранее зная, что не успею получить ответа - ибо трафик моего смартфона (единственно, что осталось у меня ценного после страшного, со мною случившегося, происшествия) на исходе. Да и зарядки хватит часа на полтора. Посему, сообщаю тебе, уповая на продолжение беседы уже с глазу на глаз, живьём, так сказать, в Москве. У тебя дома. Знаю, ты сейчас крайне удивлён моим долгим молчанием, взорвавшимся теперь этаким письмищем, но, молю Бога,и тебя, чтобы не прогнал меня прочь, а приютил хотя бы на первый срок, да подсобил в жизни дальнейшей. Ибо здесь, в провинции, житья мне нет и не будет боле. ОНА достанет меня везде влиянием своим, унизит, и не даст воли. Ты наверное хочешь узнать, что же произошло? И имеешь на то право. Так вот...

Помнишь нашу душевную беседу о предпочтениях в пище? Конечно помнишь. Мы ещё, скрывая неловкость и стыд, признались друг другу в пристрастии к ливерной колбаске, ггггг. Да, такое дело.. Очень уж вкусна она, когда свежая, да с охотки. Так вот, подключи фантазию, и, проводя аналогию - представь себе всю глубину (ширину, долготу... да что хочешь, в конце концов) случившегося со мною. Я ведь не рассказывал тебе, Володя, как выбрался в люди... Мне и сейчас неловко, да уж ситуация загнала в угол - не дай Боже. Так вот, я был бомжем. Да-да... в это трудно поверить, но в рассвете лет - я оказался на улице - без крыши над головой, без друзей и родных. Это долгая история, расскажу при случае. Сейчас же я оттолкнусь от момента, где мы с тобой пересеклись после нашего с тобой виртуального знакомства. Ты много узнал обо мне: о моем успешном бизнесе, моей породистой собаке, моём большом уютном доме, и в конце концов, о моей молодой красавице-жене Сонюшке. До сих пор в памяти твои многочисленные восхищения и заборы восклицательных знаков под её фотографиями в социальных сетях. И ты был прав! Она - чудо. Она - ангел, а я глупое порочное дерьмо, которое теперь она (имея все основания) пытается утопить навсегда. Я же всплыл снова, и, барахтаясь теперь, скрываюсь от гибели...

Она была в полном отчаянии, когда подобрала меня на улице - я часто мыл ее машину, пытаясь заработать на еду. Она улыбалась мне, вкусно пахла и давала много денег. Доллары, в основном. Ее предыдущий муж умер от инсульта, прожив с нею не больше года, и оставив огромные деньги. Однажды, будучи в подпитии, Соня подошла ко мне, сидящему во дворе у ее дома. Я сидел на детской скамейке и жрал ливерную колбасу, вприкуску с батоном и запивая кефиром. Соня сморщилась брезгливо, глядя на мой незатейливый обед, но поманила меня за собой прелестным наманикюренным пальчиком. Она пригласила меня к себе домой, якобы отремонтировать смеситель в ванной. Таким образом, я впервые оказался в ее огромной квартире. Со смесителем было все в порядке, и Соня призналась мне, что очень одинока, и не может подпустить к себе никого из мужчин ее теперешнего круга, потому как сама из низов. Я ей понравился. Она отметила мой интеллект и умение вести беседу. А когда я вышел из ванны, благоухающий дорогими шампунями и причёсанным - она была ошеломлена! Дальше, друг мой, ты можешь догадаться. Мы стали жить вместе, а через год расписались. Я занимался управлением ее дел - ведь Соня часто уезжала по бизнесу в разные города. У нас было полное доверие. У нас было единение душ. У нас было самое главное - любовь...

И вот так, душа в душу, мы прожили почти два года. Понятно, я стал совсем другим. Я позабыл всех своих уличных знакомцев и стал вникать в суть другой жизни. Я питался в лучших ресторанах, крутился в престижных кругах. Я обрастал важными знакомствами и связями. Я ездил на дорогой машине, имея полную свободу действий, и казалось, должен быть счастливым, но... Но что-то, Володя, угнетало меня. Только такой идиот, как я, мог воспротивиться произошедшему со мною чуду, хотя бы мысленно. Я же пошел дальше...
Раз в три дня нашу квартиру прибирала невзрачная и довольно потасканная жизнью уборщица. Зинаида. Я жалел ее (видно узрел в отражении ее глаз - себя недавнего), давал сверхурочные. Однажды, Зина расплакалась среди уборки. Взахлеб! Что-то у неё там произошло в семье. Жены не было. Я стал утешать женщину, и, уж не знаю, как это произошло - я обнял ее и... поцеловал - чёрт меня дери! Ты скажешь - и что? Поцеловал, да и ладно.. Любишь-то ты её - молодую красавицу. Так и есть, Володя - ты будешь прав. Но меня потянуло к этой женщине со страшной силой. Незаметно для себя, я стал подгадывать время, чтобы жены не было дома - и я мог оказаться наедине с Зиной. И я таки добился своего! Это был скоротечный примитивный секс в кладовке, или в ванной. Раз за разом, я делал это, затем отводил глаза и убегал из дому. Мне было противно и стыдно, но я возвращался вновь и вновь к этому идиотизму. Зина была уже и сама не рада - она стыдилась и пыталась закончить эти, не пойми что, отношения. Она пригрозила мне уйти, если я не прекращу. Я был в отчаянии. Я не знал, как мне убить в себе эту зверскую страсть - и я таки пообещал ей... но только не сегодня. Сегодня, я хочу сделать это в последний раз. И всё...
Соня уехала. Я сидел на диване и ждал - с минуты-на-минуту, должна была появиться Зина. Она была пунктуальна, а сегодня почему-то задерживалась. Наконец, щёлкнул дверной замок, и... Передо мною возникла Софья. Представь! Я стал что-то лепетать, жутко палиться. Моя щека задёргалась. Соня стремительно вышла, а когда вернулась - стала избивать мою морду длиннющей палкой ливерной колбасы. Да, Володя, в мою жизнь, так же стремительно, как пропала - вернулась симпатичная нам с тобою колбаска. Вонючие ошмётки летели в стороны, а я, не вымолвив и слова - вылетел прочь, едва обувшись и прихватив с собою смартфон.
Но это не всё, как ты верно догадался. От меня отвернулись все - и я по стремительной воронке покатился ко дну пропасти, откуда меня совсем недавно извлекли. Я недооценил влияния и беспощадной мести обиженной, но сильной женщины...
Володя, извини, мой аппарат пищит требуя пищи, посему поспешу отправить тебе сею депешу в срочном порядке. Мой поезд, билет на который был куплен на последние гроши, тронется вот-вот. Завтра, в 19-30 московского времени, я выйду на перрон Казанского вокзала. Всю дорогу я буду молиться на твою, Владимир, благосклонность и уповать на милость твою и Господа нашего. Твой ****

p.s. Ты обещал мне охоту.

p.s.2 Прошу тебя, друг.
Никогда не предлагай мне ливерки, по известной теперь уже причине.
Думаю ты не удивишься, если я сообщу тебе - я её ненавижу!
*грусный смайлег*

 

между

18 Фев


много потерянных ценностей,
видимы камни
подводные.
нервы мечтают о целости,
печень позывами
рвотными
жаждет призвать к справедливости.
сердце набатом
межрёберным -
пик панацей от сонливости.

демоны тело
угробили...

что же вы топчете смертного
всеми земными
манухами?
мысли сдуваются ветрами
и разлетаются
мухами.

плачет душа от бессилия
с кожей расстаться
согласная
тянется… тянется к синему
страшному небу
прекрасному
век не прожив… это всЁ равно -
в землю возьмите
останками!

тело же движется в сторону,
только б родные
не плакали.
так и застряло, барахтаясь,
между «под землю» и
«космосом»
между - пропитанным сахаром,
да бьющим горечью
голосом...

 
1 Comment

Posted in Стихи

 

Улыбка Фёдора Двинятина

14 Ноя


Вера ещё разок, с усилием, даже с каким-то остервенением прижалась к спине мужа. Потом звучно поцеловала его между лопаток, и наконец, откинувшись на свою половину кровати блаженно улеглась на спину. Улыбка не сходила с раскрасневшегося лица. Взгляд хаотично блуждал по трещинкам на потолке - это слегка возвращало ее в состояние общепринятой нормы, но подсознанию безгранично хотелось продлить эйфорию от недавнего затяжного оргазма. Муж заворочался, сонно взревел, обдав Веру свежим перегаром. Она тихонько засмеялась, передразнивая его бормотание:

- Мна-мна-мнаааа... Ыыыыыыыыыррр... - дурачок ты мой ученый, знал бы ты, что ты сейчас для меня сделал! Спишь?.. Ну спи.. спи.
Вера поднялась в постели, собрала растрёпанные волосы в тугой конский хвост. Немного посидела и отправилась на кухню - чертовски захотелось пить. Там она налила в стакан отфильтрованной воды, но пить передумала. В холодильнике оставался недопитым её любимый вермут "бьянко". Почему бы и нет?
Компьютер все ещё работал. Вера сделала несколько жадных глотков из конусного бокала, и поставила его на край стола. Подёргав мышку, она заставила вспыхнуть экран монитора. Фёдор Двинятин застенчиво улыбался, как прежде, но в его взгляде Вера уловила лёгкий укор. Ей стало немного неловко, и она перешла на другую вкладку. Попыталась что-то читать в форуме сетевых литераторов, но поняла, что находится где-то далеко от событий слюнявого ресурса. В одной из тем, обсуждался оргазм и его роль в жизни женщин. Вере захотелось сострить, похвастаться даже... но она передумала. Мысленно возникла укоризненная улыбка Фёдора... Вера даже немного расстроилась. Рука с мышкой потянула стрелочку к знакомой вкладке...
Фёдор блестел толстыми стёклами очков, короткие усики недовольно дыбились. Он как будто говорил тихим шепотком:

"Ну как же так, Верочка, как же так? Ты ведь подавала такие надежды... Ты такая умница, Вера! Ты такая..."
Неожиданно для себя Вера склонилась к самому экрану и вскрикнула:

- Да пошёл бы ты нахуй, Фёдор! Толку-то с тебя? Толку?!.. И не надо так на меня смотреть.. Жену свою сканируй - ясно?.. Я тут сама разберусь... Хм...

Вера уверенно удалила все закладки, связанные с недавним кумиром, отметив для себя, что в этот раз она больше не сожалеет об этом. Затем зашла в форум, не читая ленту написала:

"Вы все фригидные суки! Имхо."

И выключила компьютер.

Муж развалился посреди постели. С трудом передвинув его на свою половину, Вера забралась под одеяло и прижалась к горячей спине. Подушка пропиталась перегаром. Вера закрыла глаза, жадно впитывая ноздрями этот, ставший таким вожделенным, аромат. Ни один одеколон или туалетная вода теперь не смогли бы на нее подействовать так возбуждающе.

"Наверное я сумасшедшая, - думала Вера, поглаживая влажность трусиков, - да по мне бы любой Фрейд диссертацию мог написать..."
Эта мысль так раззадорила, что она не заметила, как к ней подкрался и тут же с головой накрыл неистовый оргазм. Впервые, за последние годы, она не думала о Фёдоре...

***
Вера выскочила замуж студенткой, совсем юной и неопытной. Муж, он же её первый мужчина, был подающим надежды молодым учёным в отрасли металлургии. Он часто пропадал в командировках, надолго оставляя Веру в пустой квартире. Поначалу она думала, что скоротечный и редкий секс - есть норма в отношениях. Она любила мужа, ждала его и обхаживала с большой нежностью, ласкала. В постели он быстро кончал, целовал её, почему-то всегда в лоб, и тут же - засыпал. Вера принимала это как должное, и была, в общем-то, счастлива. Пока не появился он...

В университете Вера участвовала в популярном проекте "Что? Где? Когда?". Компания сколотилась неслабая - рвали всех подряд. Когда Вера была на четвертом курсе, курировать команду пригласили знаменитого выпускника университета, кандидата филологических наук, доцента, Двинятина Фёдора Никитича. Вера потеряла голову... Она боялась на него даже взглянуть. А Фёдор залихватски шевелил усами, складывая губы трубочкой, инструктировал команду. Вера не пропустила ни одной передачи с его участием - то время для нее было сродни общения с Богом. Однажды Фёдор остался в кабинете наедине с Верой. На несколько минут. Тогда он улыбнулся и сказал:

- Вы подаёте большие надежды, Верочка. Вы такая умница... Вера. Вы такая... - его очки блистали, глазки-пуговицы буровили насквозь. А эти усы... Они так шевелились над верхней губой, что расшевеливали маленьких "шуршунчиков" внизу живота.
А потом команда проиграла с треском. Фёдор уехал, но наглухо засел в сердце молоденькой студентки.
Муж работал. Отсутствовал. Вера стала холоднее к нему, но он этого не замечал. Его всё устраивало. А Веру обуревала тоска. Она продолжала следить за жизнью Фёдора - радовалась за него, ревновала, собирала вырезки. Собирала и прятала. А потом появился интернет. Теперь Вера могла прокручивать видео и мечтать более тщательно, что она и делала. И однажды она испытала настоящее наслаждение...

Тогда она поняла, что у них с мужем что-то не так. Нужно было что-то менять, она это понимала - но что? Для начала, Вера настояла на том, чтобы муж отпустил усы. Она сама ухаживала за ними, стригла, как надо. Ночами гладила их в темноте, закрывая глаза. Иногда ей удавалось дойти до - "вот-вот", но... Но учёный кролик пыхтел в ухо, в одной и той же позе, и "вот-вот" снова и снова откладывалось на потом. Это угнетало.

Как говорят : "не было бы счастья, так несчастье помогло".

Конечно, это сущая глупость и кощунство, но всё же.
Мужа сократили в процессе стремительного роста карьеры, и он, банально - запил. Пьяным плакал, валялся по полу, целуя ноги жены. Это было так трогательно. Вера гладила его по голове, подставляла руки под поцелуи. Усы приятно щекотали ладошки, Вера вскрикивала и тащила мужа в постель. И теперь его хватало на много дольше. На мноооого! Наконец она узнала, для чего же все-таки нужен секс. И пускай супруг тут же засыпал - это было не важно. Контраст был разительным.
Вскоре он нашёл себя в бизнесе и обрёл былую уверенность в себе. Но теперь всё было под контролем. Вечерами Вера настаивала на двух-трёх рюмашках коньяку за ужином - он и привык. Вот и она стала привыкать...

***

В последствии усы были сбриты, а папка с вырезками из журналов, отправилась пылиться в комод.
Беременная Вера сидела у телевизора, перебирая пультом управления каналы. Картинки на экране мелькали, пока взгляд не выхватил нечто, что заставило её вздрогнуть. Вера вернулась на пару нажатий назад.
Бородатый Фёдор Двинятин вёл какую-то культурологическую программу, смешно зыркал глазами сквозь очки и шевелил округлёнными, как обычно, губами. Передача заканчивалась. Фёдора показали крупным планом - он прощался со зрителями, желая им всякие банальности.

А потом он улыбнулся ей...

 

часы на верёвках

20 Авг

на веревках с потолка часы,
белой извести вокруг лохмотья.
женщина седая, рядом сын.
на полу сидят глазами водят.
руки в пальцах скрещены у них,
балахонов серые одежды...
время начисляет дней дурных -
по живому под одеждой режет.

окна в разноцветных витражах
потемнели, и теперь как дыры.
ускоряясь по дуге кружат
циферблатов полосы всё шире.

крик прорвётся поутру сквозь хрип,
смяты простыни и липки веки.
и остатки страха изнутри
шепчут о кончине человека...