на веревках с потолка часы,
белой извести вокруг лохмотья.
женщина седая, рядом сын.
на полу сидят глазами водят.
руки в пальцах скрещены у них,
балахонов серые одежды...
время начисляет дней дурных -
по живому под одеждой режет.
окна в разноцветных витражах
потемнели, и теперь как дыры.
ускоряясь по дуге кружат
циферблатов полосы всё шире.
крик прорвётся поутру сквозь хрип,
смяты простыни и липки веки.
и остатки страха изнутри
шепчут о кончине человека...
ночью бился о стену,
так обильно,
так сильно, что...
параллельно дороге
грянул глупо,
безропотно.
чуял странную боль,
пулю чуял я
вылетом -
боль прошла по спине
конским бешеным
топотом.
я укрылся канавой
с мокрым илом
болотистым,
запах выпихнул горлом,
плюнул горько им
под ноги,
да прошил подзабытое
времечко
лотосом -
этим сраным цветком
с тихим свадебным
шорохом...
белым, чистым таким...
и уютным
созданием,
с алым ртом, что в улыбку
слагается
медленно...
а я падаю с грохотом
старым списанным
знанием.
мне судьбой так приказано.
богом так
велено.
Он ковырял долго
вилкой в плохой еде,
а за окном мокла
муза дурных идей.
Дождь ей хлестал щёки,
плетью по телу бил.
Пьяный поэт строки
должен закончить был…
Гром напугал псину -
взвизгнув легла на пол…
Он, отыскав силы,
сел за рабочий стол.
Муза трясёт молча
влажною головой -
знает она, сволочь,
нужно ему чего…
…он языком щёлкнув,
вылил в себя бухло…
Мокрой она чёлкой
вжалась в окна стекло -
шепчет.. в упор смотрит..
пальцами знаки шлёт…
туфли ее каблуками скребут порог.
пьяный отец подготовлен общаться долго.
мёртвая девочка с полки берёт пирог,
пальцы холодные медленно шею трогают.
ногти заточены остро, по коже - зуд.
в кожаной куртке лежат за подкладкой зубы.
мёртвая дочка проклятую мантру "жду"
шепчет по-прежнему в уши, смеётся глупо.
кара его, что остался... остался жить -
выбил башкой лобовое и выпал к жизни...
в маленький домик последний её сложил,
и навсегда позабыл, что была капризной.
судмедэксперт не нашёл в крови алкоголь,
папа примерный работник прокуратуры.
биться в истерике, лёгкой казалась роль.
много сложнее - холодные ногти в шкуре...
moro2500, Пятница, марта 25, 2011 at 21:48 Категория
Стихи
заляпанные стёкла
не пропускают свет...
моя звезда далёкая -
её как будто нет!
я на полу бетонном,
съедаемый тоской
с дыханием неровным
давлюсь дерьма куском.
прикован толстой цепью
в сарайчике людском,
бревенчатом. за степью.
сижу - и в горле ком.
ведь прибыл за контактом,
чтоб опыт передать.
да неудачно - трактор
порвал, ебёна мать.
бухой колхозник Фёдор
диковинку узрев
кусками в грязных вёдрах
унёс меня в тот хлев.
наутро я собрался
в единое оно...
а Федя, брата Васю
привёл смотреть "кино".
потом томили сутки,
бухали за стеной.
под вечер, с цепью, суки,
управились со мной.
пытался что-то брякнуть,
но лишь чревовещал...
какой контакт там в сраку?
какое - сообща?
они сбирают подло
мой твёрдый экскремент.
...заляпанные стёкла
не пропускают свет.
Тлели угольки под хряком,
что почти готов был к пище.
Лес ночной скулил и крякал...
На траве убогий нищий.
Хряка он украл в колхозе,
вместе с другом колченогим.
Тот стоит в сутулой позе
на просёлочной дороге
в ожидании подруги -
та несёт вино и ласки.
Формы у неё упруги
и умеет строить глазки...
Будет ночью здесь веселье,
сытость и любовь за жрачку.
И на травяной постели
примет чрево плод безбрачный...
А пока трещат поленья,
Хряк пищит и жир стреляет -
Нищий, стоя на коленях
в угли молча бельма пялит...
Переросток негритянский возле сломанной кроватки
жадно толстыми губами шевелит.
Поедая кукурузу смотрит мультик он суровый
про злодея Бармалея
и грустит...
А его сестра, паскуда, собирается на блядки
/бегать по полу, резвиться - не велит/
Ждёт во дворике зелёном, педофил её - махровый.
Он влюбился. Его мучит
простатит...
Верка, маленькая кукла, передумала учиться.
Выйти замуж захотела, невпопад..
Привела домой студента, нелюбителя родимых,
напиздев, что в чреве зреет
внука брат...
Папа, тихий алкоголик, каждый вечер жахнув триста
был открыто неприветлив... Был не рад
этой родственной подставе, отношениям голимым.
Стал бухать сильней, чем прежде
во стократ...
Мать наивно хочет внуков и не видит дальше носа.
Зятя пичкает борщами... и молчит.
Брат в иронии смеется, крутит пальцем возле уха -
только Верке это похрен,
словно чих...
Город выпачкан промзоной. Город на границе сноса -
выпадают коммунизма кирпичи...
Жрёт таблетки дура горстью, а у мужа дырка в брюхе...
Неизбежность... Глупость в людях...
Без причин...